- Не боитесь получить солнечный удар? - насмешливо поинтересовалась девушка.
- Нет, - искренне удивился вопросу Джордж. - Здесь, в тени, совершенно безопасно. Пожалуй, даже прохладно. Я отлично себя чувствую.
Сесили подскочила на сиденье и уставилась на Джорджа с немым возмущением.
- Вы думаете, - произнесла она наконец, - что я залезла в лодку, чтобы сидеть и любоваться, как вы курите? Только взгляните! - Она обвела рукой озеро, на другом конце которого маячила еще одна лодка. - Они отчалили позже нас! Вам должно быть стыдно! Отвезите меня обратно в пансион.
- А что я такого натворил? - обиделся Джордж. - В чем дело?
- В том, что это лодка, а не остров! - сердито затараторила Сесили. Она должна плыть, покачиваясь на волнах. Когда вы возитесь на сиденье, принимая более удобное положение, она, конечно, тоже покачивается, и это, безусловно, приятно, но я предпочитаю кресло-качалку - эффект тот же, зато безопасно, по крайней мере, не окажусь в воде, когда...
- То есть вы хотите переплыть озеро? - перебил Джордж.
- Вот именно! - решительно заявила Сесили.
Молодой человек сел прямо и уставился на свою спутницу с бескрайним изумлением:
- Святые небеса! Зачем? Посмотрите туда! - Он указал на причал, от которого к пансиону вела узкая тропинка. Причал был в двухстах футах от лодки. - Мы же проделали такой длинный путь! Нас отнесло сюда ветром, но это же все равно чертовски далеко.
Чего ради нам плыть еще куда-то?
Сесили разглядывала его с нескрываемым презрением.
- Отлично, - процедила она сквозь зубы. - Передайте мне весло, я возвращаюсь в пансион. Вас, конечно, тоже придется захватить с собой - вы такой тяжелый, что мне не удастся спихнуть вас за борт. Весло, пожалуйста, если вас не затруднит.
На этот раз Джордж почувствовал некоторое раздражение - вернее, не Джордж, а все двести фунтов Джорджа. Если же двести фунтов кого бы то ни было начинают чувствовать некоторое раздражение, они могут сделать с лодкой черт знает что. Через десять секунд внезапной и вынужденной активности молодого человека лодка плавала по озеру днищем вверх, за киль с одного конца отчаянно цеплялась Сесили, с другого - Джордж.